Серое небо
С загадочным видом Дона Хуана сестра выуживает из складок платья пластиковую зажигалку и поджигает венок с могилы царевны. Машет мне рукой, мол, иди сюда.
Я плюхаюсь попой на мёрзлую землю, и мы вдвоём смотрим в дырку горящего венка.
— Запомни всё кино, детка, — звучит в голове голос сестры.
Истощённая и обнажённая девушка в красном кокошнике сидит у прялки возле окна. С пустым взглядом она расчёсывает длинные белые волосы. Спутанные пряди остаются на расчёске.
На девушке мой кокошник. Он украшен богато, гранатовые камни в несколько рядов узорчато вьются по центральной части, по бокам свисают грозди гранатов на почерневших серебряных цепях.
Я недоуменно оборачиваюсь на свою сестру с вопросом, где сейчас эти камни.
— Свистнули, — она пожимает плечами, её голос все так же звучит в моей голове. — Ты смотри кино. Сорян, что без поп-корна.
Между тем девушка навела марафет и поднялась со стула. Она начала кружиться вокруг себя, улыбаясь безмятежной улыбкой блаженного. Её зубы черные, а красная помада размазана. Она удивительно похожа на меня, но это не я.
В комнату мелкими шажками вплывают другие сёстры и окружают танцующую, делая в её сторону пассы руками, стараясь коснуться тела. Они собирают волосы с расчёски, с прялки и обматывают их, словно паутину, вокруг нагого тела. Сёстры плотно обступают девушку и вырывают у неё с головы оставшиеся лохмы.
Став лысой, та заливисто смеётся, её смех подхватывают остальные и в исступлении ещё быстрее хороводятся, тело девушки уже почти скрыто коконом из волос, остаются на виду лишь лицо и кокошник.
На этом венок прогорает. Моя проводница бросает его на землю, вытирая почерневшую от пепла руку о платье.
— А что произошло после?
Сестра недоуменно окидывает земляные холмики взглядом:
— Её закопали здесь.
— А потом?
— Суп с котом!
Я вижу, сестра начала нервничать, но мне совсем не понятно, от чего. Она берёт себя под контроль:
— Потом куколка превратилась в бабочку. Царевну. Только никто не знает, как это происходит. В один момент она выкарабкалась из могилы, мокрая, грязная, в опарышах. А за спиной у неё сморщенные крылья. В таком виде она приползла в терем, по пути стерев коленки до крови. Ну, тому, кто выбрался из могилы, поцарапаться не страшно. Выжрала всё вино, что было в тереме. И улетела.
— Куда?
— Туда! — Сестра запрокинула мой подбородок в серое небо.
Меня пробирает холодок.
— Зачем ты мне это рассказала?
— Отдай свои камни. Тебе всё равно больше не раздобыть. Тебе неоткуда получить их. А я ещё могу стать бабочкой.
— Что будет, если я лишусь камней?
— Сейчас узнаем, — сестра нависла надо мной, чёрной тучей заслонив небо.
